В ответ на личные просьбы и на темы, на которые поворачивали дискуссии, написал несколько статей и заметок, однако проклятые выборы не позволяют их дать. Но сейчас, по выборам, у меня некоторая пауза, поэтому дам заметку, которая лежит в портфеле уже давно.
Получил вот такое письмо.
«Юрий Игнатьевич, помогите, научите парировать подобные клише.
«Очень много ведется споров о Сталине. Одни проклинают его и осуждают во всех мыслимых и немыслимых грехах, другие чуть ли не возводят в ранг святых, есть еще конечно и те, которым вообще все по барабану.
Я хочу сказать следующее. Кто вернет матери расстрелянного сына, кто вернет жене расстрелянного мужа, кто вернет детям их папу и маму?
Объективности ради, следует признать, что если вождь твиттерюгенда и сделал что-то разумное, то это переименование милиции в полицию. Я писал, что не могу согласиться с этим , и писал это в память той милиции, которой быстро не стало после 1991 года. Давайте в плане воскресного чтения вспомним о ней, о милиции СССР: я вспомню свои эпизоды из жизни (которые не раз уже вспоминал), а у вас будут поводы вспомнить свои эпизоды.
Начну с пары общих слов о советской милиции. Милиционеры служили всему народу, а не деньгам или начальству, и даже по их внешнему виду это было сразу заметно. К примеру, увидеть милиционера даже с оружием самозащиты – с пистолетом, было очень трудно, поскольку, даже патрулируя, они были безоружны, редко, кто-то один из патруля мог иметь пистолет. Они служили народу и эта служба их и защищала – при появлении милиционера все безобразия прекращались и милиция занималась разбором происшествия и составлением протокола. А милиционера с оружием нападения – с дубинкой, мы не могли себе представить даже в страшном сне. Мы же не на Западе – это там люди скоты и позволяют себя бить. А мы свободные советские люди – кто посмел бы нас бить?!
Когда говорят о чистке пред войной Красной Армии от предателей, либералы воем воют о том, что, дескать, в сталинском СССР в шпионаже обвинялись и расстреливались совершенно невинные и честные люди. Как можно на них такое подумать, если репрессированные генералы на две трети состояли из бывших царских офицеров?! Скажем, как мог предать комкор Г.К. Восканов, если он бывший подполковник царской армии? А комкор Н.В. Куйбышев, кавалер 3-х орденов Красного Знамени, в царской армии – капитан?
Между тем, эта подлость и предательство пролазили в Красную Армию именно из царской армии. Тут надо понять, если критерием службы в армии является не защита Родины (или царя) в боях, а получение от Родины (или царя) как можно большего денежного содержания и большой пенсии в мирное время, то подлость и предательство станет нормой армии. Да, конечно, не все офицеры станут подонками, но желающих ими стать будет предостаточно.
Информагенства радостно сообщили, что 7 февраля Дмитрий Медведев подписал федеральный закон «О полиции», ранее принятый Госдумой по его инициативе. Народ уже высмеял эту инициативу гаранта, как мог и со всех сторон, тем не менее, вопрос: «А на фига это надо было?», - остался.
Медведев уже довольно много времени находится у всех на виду и посему достаточно изучен. Как я его понимаю, в государственных делах, и даже в юридических, он никто – своих собственных мыслей не имеет, ему неоткуда их взять. То есть, вопрос надо перефразировать: «Зачем эта суета нужна аппарату Медведева?». Подставить Президента в стране, в которой уже не осталось поколений, которые бы испытывали к слову «полицейский» хоть что-то, кроме устойчивой неприязни? Как-то сомнительно…
Итак, в прениях выступили Л.Н. Жура и я. Леонид Николаевич подытожил рассмотрение дела так.
«Уважаемый суд! Я ненадолго вернусь к началу нашего процесса.
На первом подготовительном заседании ответчики на вопрос судьи о доверии документам, подтверждающих родство нашего доверителя с И.В.Сталиным, ответили утвердительно. Но после того, как суд отказался приобщить к делу и рассматривать принесенные ответчиками измышления общества «Мемориал», они поняли, что, собственно, никаких доказательств расстрела 12-летних детей у них нет. В этой ситуации ответчики решили сорвать процесс под любым предлогом.
И такой предлог был найден.
Итак, Сергей Эмильевич Стрыгин зачитал подготовленное им заявление о подложности доказательств.
«В порядке статьи 186 ГПК РФ.
Уважаемый суд! Представленные ответчиком доказательства (совместный циркуляр Прокурора СССР и Председателя Верховного суда СССР от 20 апреля 1935 г. и решение Политбюро ЦК ВКП(б) № П24/143 от 20 апреля 1935 г.) являются подложными, несмотря на то, что оригиналы данных документов находятся на ответственном хранении в государственном архивных учреждениях – ГАРФе и РГАСПИ.
Опять же, поскольку объяснения Венедиктова были устными, пересказать их не могу, но поскольку он после суда дал объяснения радиослушателям, то дам эти его словеса, уточнив их после цитирования в той части, в которой он о событиях на суде умолчал.
Итак: «А. ВЕНЕДИКТОВ - Суд никогда не бывает предрешенным. Хотя мне казалось, что мы были достаточно убедительны хотя бы даже в документах еще до решения суда. Что у нас оспаривалось. Матвей Ганапольский сказал в прямом эфире, что Сталин подписал указ, в данном случае слово «указ» неточное, мы согласились, разрешающий расстреливать детей с 12-летнего возраста. Но он подписал. Но мы запросили архивы, получили рассекреченные документы, мы их опубликовали, представили. Что тут обсуждать? Тем не менее, 7 часов суда с 10 до 17 мы вынуждены были доказывать, что белое это белое, а черное это черное. Что красное это красное, а синее это синее.
Внук Сталина Евгений Джугашвили, публицист и лидер АВН Юрий Мухин, историк Арсен Мартиросян, защитник Леонид Жура, известный эрудит Анатолий Вассерман против "Эхо Москвы" и других антисталинистов в передаче "Свобода мысли".
В
Информагенства радостно сообщили, что 7 февраля Дмитрий Медведев подписал федеральный закон «О полиции», ранее принятый Госдумой по его инициативе. Народ уже высмеял эту инициативу гаранта, как мог и со всех сторон, тем не менее, вопрос: «А на фига это надо было?», - остался.
Итак, в прениях выступили Л.Н. Жура и я. Леонид Николаевич подытожил рассмотрение дела так.
Итак, Сергей Эмильевич Стрыгин зачитал подготовленное им заявление о подложности доказательств.
Опять же, поскольку объяснения Венедиктова были устными, пересказать их не могу, но поскольку он после суда дал объяснения радиослушателям, то дам эти его словеса, уточнив их после цитирования в той части, в которой он о событиях на суде умолчал.
