Вы понимаете, что решение суда по делу о клевете Познера на Сталина нас не могло устроить, и мы подали апелляционную жалобу в Мосгорсуд.
«21 декабря 2011 годаОстанкинский районный суд города Москвы под председательством судьи Дорохиной Е.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-6097/11 по иску Джугашвили Е.Я. к ОАО «Первый канал» и к Познеру В.В. о возложении обязанности опровергнуть распространенные сведения, принял решение в исковых требованиях полностью отказать.
Пара слов о четырех отводах, заявленных нами судье Дорохиной. Ведь мы знали, что она их отклонит. Тогда зачем?
Понимаете, протокол секретарем готовится после суда и корректируется судьей, в результате из протокола пропадают все издевательство судьи над процессуальным законом. Наши замечания на протокол игнорируются. А вот наши заявления об отводе, судья вынуждена подшить в дело, а из них видно, как именно судья нарушала закон, чтобы подготовить заведомо неправосудное решение. Ладно, перешли к прениям сторон.
В прениях мы подчеркнули то, что говорили в объяснениях, я только добавил, что эта клевета, которую льют на Сталина, не является просто историей, поскольку Польша на основании этой клеветы собирается брать с России дань сегодня, поэтому все клеветники России по Катынскому делу, вполне возможно, в его исходе материально заинтересованы.
21 декабря Останкинский суд рассмотрел иск внука Сталина Е.Я Джугашвили к В.В. Познеру.
При подаче в суд искового заявления, я отделывался от второго уголовного дела против себя, а потом все же съездил на Украину навестить родственников и по вопросам медицинского характера, поскольку на Украине медицинские услуги все же дешевле, чем в Москве. Поэтому исковое заявление к В. Познеру и Первому каналу подали С. Стрыгин и Л. Жура, они же участвовали и в подготовке к делу. И при подготовке выяснилось, что представитель Первого канала, который тоже был ответчиком, находится в очень дружеских отношениях с судьей Е.М. Дорохиной, которой и поручили рассматривать наш иск.
И так доверия к судьям ни малейшего, а тут еще откровенные любезности двух теток!
27 сентября Басманный прокурор вручил мне обвинительное заключение по обвинению меня в преступлении по «русской» статье и отправил мое дело в суд. Чувствую, вскоре придется мне писать о современном суде Российской Педерации, посему с завистью вспоминаю советский народный суд, хотя и не считаю его совершенным.
В начале 2009 года я впервые предложил на Совете Национальной Ассамблеи http://www.nationalassembly.info/48257F6778168/491C3F8D35305.html воспользоваться тем, что нынешняя, так сказать, Государственная Дума, неконституционна, то есть, не является тем законодательным органом, который требует создать Конституция РФ. Я не смог убедить интеллектуалов Ассамблеи действовать в этом направлении – они мне не поверили. В связи с этим я, где только мог, начал эту мысль распространять. И не прошло и трех лет, как эта мысль дошла и до российских правозащитников, и теперь они подают на Президента в суд за организацию выборов в незаконную Госдуму http://www.newsland.ru/news/detail/id/776590/.
Прекрасно, но поскольку правозащитники подают жалобу в Верховный Суд РФ, то в самый раз поговорить и о конституционности наших судов.
На днях президент Медведев (которого и официальные СМИ редко называют президентом России, а зовут именно так «Президент Медведев») сообщил о дате выборов в Партийную Думку, и заверил кого-то в телевизоре, что он не допустит экстремизма на выборах. В это можно поверить, поскольку что-то же он должен не допустить. Понятно, что все остальное будет допущено, да оно, включая фальсификацию, становится вообще не важным, поскольку главное будет сделано – экстремизм не пройдет! Ни-ни – ни на шаг!
Опыт борьбы с экстремизмом наработан уже очень большой, однако наработан он нерусскими людьми. В первую очередь теми нерусскими, которые сидят в Охотном ряду и голосуют за законы. В результате, русскому понять, что в законе написано, становится невозможно. Вот давайте возьмем пункт 1 статьи 1закона «О противодействии экстремистской деятельности». В этом пункте вот такая мысль изложена буквами русского алфавита: «1) экстремистская деятельность (экстремизм): … пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения; …».
Сегодня, 26.01.11, побывал на опросе в очередной московской районной прокуратуре, куда последовательно переполз из других прокуратур материал о возбуждении против меня уголовного дела по статье 282 УК РФ за книги «Кнут народа» и «Диагноз власти». И если в первой прокуратуре (следственном отделе) меня опрашивал молодой мужчина, то во второй две девушки, и в этой две. И еще одна, собственно следователь, отсутствовала, и еще одна заходила по своим делам. А мальчики у вас тут есть? – спросил я. Есть! – подтвердили девочки, но согласились, что в прокуратурах теперь бабье царство. (Поскольку я хочу рассмотреть вопрос «в общем», то не указываю прокуратуру, чтобы не акцентировать внимание именно на ней, и показать, что это явление общее, а не только проблема станицы Кущевской).
Разумеется, предложить журналистам отстаивать свои права в правоохранительных органах и суде не сложно, но, как я писал, надеяться на какой-то успех, если вас реально «заказали», бесполезно.
Судей у России уже практически нет, работники правоохранительных органов на глазах исчезают. Как я уже писал раньше, в судьи назначают девочек, это же сейчас происходит и со штатом прокурорско-следственных органов.
Я неоднократно писал, что при отсутствии собственного эффективного оружия, мы обязаны пользоваться тем оружием, которое использует против нас наш враг, – поворачивать это оружие против него. Тогда речь шла о законах, принятых фашистским режимом России, сейчас я буду говорить об использовании фарса, применяемого против оппозиции тем же режимом.
Я уже неоднократно писал, что подписать Обращения «Путин должен уйти» обязан любой человек, думающий о будущем России, подписать его хотя бы для того, чтобы самоидентифицировать себя и поднять мнение о себе в своих глазах. А теперь у меня возникла мысль дополнить это Обращение еще одним документом.
(Окончание)
Пресса свободна!
Выбирать было можно!
идент Медведев (которого и официальные СМИ редко называют президентом России, а зовут именно так «Президент Медведев») сообщил о дате выборов в Партийную Думку, и заверил кого-то в телевизоре, что он не допустит экстремизма на выборах. В это можно поверить, поскольку что-то же он должен не допустить. Понятно, что все остальное будет допущено, да оно, включая фальсификацию, становится вообще не важным, поскольку главное будет сделано – экстремизм не пройдет! Ни-ни – ни на шаг!
Сегодня, 26.01.11, побывал на опросе в очередной московской районной прокуратуре, куда последовательно переполз из других прокуратур материал о возбуждении против меня уголовного дела по статье 282 УК РФ за книги «Кнут народа» и «Диагноз власти». И если в первой прокуратуре (следственном отделе) меня опрашивал молодой мужчина, то во второй две девушки, и в этой две. И еще одна, собственно следователь, отсутствовала, и еще одна заходила по своим делам. А мальчики у вас тут есть? – спросил я. Есть! – подтвердили девочки, но согласились, что в прокуратурах теперь бабье царство. (Поскольку я хочу рассмотреть вопрос «в общем», то не указываю прокуратуру, чтобы не акцентировать внимание именно на ней, и показать, что это явление общее, а не только проблема станицы Кущевской).
Разумеется, предложить журналистам отстаивать свои права в правоохранительных органах и суде не сложно, но, как я писал, надеяться на какой-то успех, если вас реально «заказали», бесполезно.
Я неоднократно писал, что при отсутствии собственного эффективного оружия, мы обязаны пользоваться тем оружием, которое использует против нас наш враг, – поворачивать это оружие против него. Тогда речь шла о законах, принятых фашистским режимом России, сейчас я буду говорить об использовании фарса, применяемого против оппозиции тем же режимом.
Я уже неоднократно писал, что подписать Обращения «Путин должен уйти» обязан любой человек, думающий о будущем России, подписать его хотя бы для того, чтобы самоидентифицировать себя и поднять мнение о себе в своих глазах. А теперь у меня возникла мысль дополнить это Обращение еще одним документом.
